Кончина Бориса Ельцина сделала вновь актуальным вопрос о судьбе ельцинской элиты. Согласно одной из конспирологических версий, между нынешним президентом и его предшественником существовал негласный контракт – не трогать давних ельцинских соратников, представителей старой элиты, – который теперь утратил силу. Появилось и первое якобы подтверждение этой версии – отставка Павла Грачева с поста советника «Рособоронэкспорта», о которой стало известно в день похорон первого президента России.

История с Грачевым, однако, является явным недоразумением. Он был уволен еще два месяца назад, а сейчас информация о его отставке была распространена со слов генерала Владислава Ачалова, у которого нет особых оснований симпатизировать бывшему министру обороны. Они дважды находились по разные стороны баррикад – в августе 91-го и октябре 93-го. Теперь ярым противникам Бориса Ельцина, имеющим свои счеты с ключевыми фигурами эпохи его правления, очень хочется, чтобы вслед за кончиной бывшего главы государства начались гонения на его соратников. Проблема в том, что Владимиру Путину все это явно ни к чему. Ельцинская элита слишком разобщена для того, чтобы представлять реальную угрозу власти.

Начнем с того, что многие ее представители уже сейчас стали, по сути дела, политическими пенсионерами. К ним, кстати, в течение последнего десятилетия принадлежал и Грачев – его советничья должность при нескольких последовательно сменявших друг друга руководителей «Росвооружения», а затем «Рособоронэкспорта» носила номинальный характер. При этом, особых перспектив у этих «пенсионеров» не видно: напомним, что попытка вернуть в политику такого отставника, как Иван Рыбкин, стала одной из самых больших неудач Бориса Березовского.

Другие соратники Ельцина, напротив, сохранили властные ресурсы и очень неплохо вписались в новую политическую систему. Например, Сергей Кириенко после длительного пребывания на посту полпреда в Приволжском округе возглавил реорганизацию атомной промышленности. Другой экс-премьер, Сергей Степашин, является «государевым человеком» в Счетной палате. Да и Михаил Фрадков в ельцинские годы входил в состав правительства, а во время первого срока путинского президентства, напротив, временно покинул кабинет министров. Практически все крупнейшие российские предприниматели – также выходцы из ельцинской эпохи (даже такой известный «питерец», как Сергей Пугачев). «Новые люди», как правило, топ-менеджеры госкомпаний, да и то не все. Так, Сергей Богданчиков возглавил «Роснефть» еще при Ельцине – к путинским временам относится только создание его альянса с Игорем Сечиным. Многие политически значимые региональные фигуры также сохранили свои позиции, подчеркивая свою лояльность нынешней федеральной власти. Многочисленные политики как раньше, так и сейчас колеблются вместе с генеральной линией, примыкая к очередной «партии власти», как только им это становится выгодно.

 

Разумеется, в стране в последние годы произошло перераспределение ресурсов между различными элитными группами – ослаблены бизнесмены, журналисты, либеральные политики, укрепились позиции силовиков, которые в 90-е годы находились, как правило, на вторых ролях (хотя и тогда были исключения – достаточно вспомнить Александра Коржакова). Но нельзя сказать, что старые элитные группы оказались не у дел. Можно много говорить о том, что питерская «скамейка запасных» пополняется все новыми фигурами, но ее все равно не хватает для того, чтобы заполнить все значимые посты в государстве. А раз так, то для представителей ельцинской элиты остается немало возможностей для того, чтобы сохранить, а то и укрепить свои позиции. Для этого не надо обращаться к конспирологическим версиям, связанным с тайными соглашениями и их последствиями.

А как же слухи о том, что Ельцин перед уходом договорился с Путиным о судьбе своих кадров?

Похоже, что если некий неформальный контракт между двумя президентами и существовал, то он был ограничен временными рамками и при этом касался лишь немногочисленных фигур из числа так называемой Семьи. Напомним, что Путин только через год смог поменять ключевых силовых министров и лишь к концу своего президентского срока сменил руководителя своей Администрации и премьер-министра. К этому времени и относится конец самостоятельной политической деятельности «семейной» группы влияния. Ее отдельные представители избрали собственные стратегии, которые иногда носят диаметрально противоположный характер – достаточно сравнить действия осторожного Александра Волошина и пошедшего ва-банк Михаила Касьянова. Напомним, что первый сохранил пост главы совета директоров РАО «ЕЭС России», а второй так и не смог получить никакой должности в путинской России – видимо, с этими обстоятельствами и связан их нынешний политический выбор.

Живучесть российской политической элиты 90-х годов неудивительна. Ее представителям в большинстве своем свойственна высокая адаптабельность, которая помогала им выстраивать отношения и с людьми из старой бюрократии, и с чиновниками рыночной формации. При необходимости они могут быть социал-демократами, либералами, консерваторами и просто государственниками – лишь небольшое количество элитных фигур всерьез исповедуют какую-либо идеологию. А раз так, то им легко приспособиться к нынешним «правилам игры» - некоторые исключения лишь подтверждают общее правило.


Источник